Российские рестораторы готовятся проверить китайский рынок сразу в нескольких форматах — от современной русской кухни и стритфуда до гастрономических проектов с культурной программой. Первой площадкой может стать Сиань, где в 2027 году планируется открыть «Русский дом» с рестораном и «гастротеатром». Оценки потенциального масштаба расходятся на порядки: Константин Батанов допускает для русской кухни долю в 1–2% рынка, тогда как гендиректор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров оценивает долю российских сетей даже при 300 заведениях не выше 0,005%.
Сиань как первая проверка
Проект в Сиане должен стать площадкой для нескольких российских ресторанных концепций. Спецпредставитель президента России по связям с международными организациями Борис Титов говорил о ресторане русской кухни в формате «гастротеатра», современной русской кухне, стритфуде и возможном обновлении ресторана «Москва» в Пекине. Основатель сетей «Мясо & Рыба» и «Чебурешная by Mironov» Сергей Миронов сообщил «Ведомостям», что по запуску «Чебурешной» в Китае идут активные переговоры и первая точка может появиться именно в «Русском доме». В обсуждении китайского направления участвовал и основатель Novikov Group Аркадий Новиков.
До масштабной экспансии пока далеко. Сиань выбран как крупный туристический центр, а «Русский дом» задуман не только как место для еды, но и как культурный проект. Даже успешный запуск подтвердит прежде всего жизнеспособность конкретного формата в конкретной локации — не его готовность к тиражированию по стране.
Между 1–2% и 0,005%
Батанов оценивает китайский ресторанный рынок примерно в 5 трлн юаней, или до $745 млрд. По его оценке, на иностранные сети и кухни может приходиться до 15%, а русская кухня на первом этапе способна претендовать на 1–2%.
Бурмистров оценивает сам рынок еще выше — в 5,8 трлн юаней, или $864 млрд, по итогам 2025 года, — но перспективы российских сетей заметно сдержаннее. По его прогнозу, в ближайшие три-пять лет при успешном развитии отдельных игроков их число в Китае может достигнуть 300 заведений. Даже тогда их совокупная доля, по оценке Бурмистрова, не превысит 0,005%.
В одном сценарии русская кухня становится заметной категорией рынка, в другом — остается нишей даже при сотнях заведений. Оборот китайского общепита сам по себе почти ничего не говорит о доле, доступной российским операторам.
Решающее значение будет иметь не первое знакомство с продуктом, а число потребителей, готовых возвращаться к нему регулярно.
Русскую кухню придется локализовать
Батанов считает слабое знание русской кухни одним из основных барьеров для новых игроков. Рестораны такого профиля в Китае, по его словам, обычно невелики и адаптированы к местному потребителю. Российским сетям придется менять меню и точнее объяснять свое предложение.
Русская кухня может восприниматься китайскими потребителями как слишком простая или «грубоватая» из-за меньшего количества специй. При этом, по наблюдениям Миронова, отдельные блюда и продукты уже находят отклик: он называет борщ, пельмени, российские морепродукты и вина.
Высокая конкуренция потребует одновременно работать с предложением, логистикой и рекламой, предупреждает Батанов. Миронов указывает на другую проблему: иностранным сетям удавалось привлечь посетителя один раз, но не всегда — вернуть его.
Для ресторанного бизнеса второй визит важнее первого знакомства. Российскому бренду нужно будет войти в регулярный выбор потребителя, а не ограничиться эффектом новизны.
Отдельное требование — доставка. Миронов считает ее важной для китайского потребителя. Адаптации потребуют не только меню и зал, но и способ получения заказа.
Читайте также: Новые рестораны центра Москвы закрываются до выхода на устойчивый спрос
Культура как часть продукта
Батанов считает наиболее подходящей стартовой нишей премиальный сегмент с культурной составляющей. В такой модели кухня дополняется интерьером, сервисом и программой, а российское происхождение становится частью самого продукта.
Этой логике соответствует концепция «гастротеатра» в Сиане: ресторан предлагает не просто набор национальных блюд, а культурный опыт, построенный вокруг кухни.
На старте такой формат может сильнее отличать российский проект от местного предложения, чем попытка сразу конкурировать в массовом сегменте. Но пока это гипотеза: у российских сетей в Китае нет результатов, позволяющих сравнивать устойчивость премиальной и массовой моделей.
Параллельно рассматривается другой путь. Титов говорил о российском стритфуде, в том числе о чебуреках, а «Чебурешная by Mironov» обсуждает выход на китайский рынок. Первые открытия смогут проверить две разные конструкции — гастрономический формат, построенный вокруг впечатления, и более компактную концепцию, потенциально пригодную для тиражирования.
Открыть точку проще, чем масштабировать модель
Рост поставок продовольствия из России может поддержать российские ресторанные проекты. По оценке федерального центра «Агроэкспорт», в первом полугодии 2026 года экспорт продовольствия в Китай вырос на 44%, до $4,9 млрд. В 2025 году поставки агропродукции достигли $11 млрд; до 40% приходилось на морепродукты, около трети — на растительные масла.
Но присутствие российского товара в цепочке поставок еще не создает российского потребительского бренда. Батанов обращает внимание, что значительная часть продукции уходит местным оптовикам и переработчикам. Производителям, по его мнению, необходимо выходить непосредственно в китайскую розницу и повышать узнаваемость собственных марок.
Для ресторанов это различие особенно существенно. Поставки могут поддержать ассортимент, но аудиторию придется формировать отдельно — через меню, сервис, продвижение, доставку и сам формат посещения.
Первым мерилом успеха станет не число открытых точек и не поток гостей в первые недели, а способность сохранить спрос после эффекта новизны и повторить работающую модель за пределами пилотной площадки.
Китай дает российским рестораторам большой рынок для проверки гипотез, но пока не основания считать масштабную экспансию базовым сценарием. Сиань станет проверкой того, удастся ли превратить российскую идентичность в продукт, к которому китайский потребитель захочет возвращаться.
