Сезонное удешевление овощей и фруктов больше не определяет общее восприятие продовольственной инфляции. В сентябре россияне чаще обращали внимание на рост цен на мясо, птицу, сыр, колбасы, сахар, кофе и чай, а инфляционные ожидания населения на год вперед выросли до 14,2% после 13,7% в августе. Данные Банка России фиксируют разнонаправленную динамику внутри продуктовой корзины: снижение стоимости одной группы товаров соседствует с подорожанием другой.
Сезонный эффект работает не для всей корзины
Августовская динамика продовольственных цен была контрастной. Апельсины подорожали на 8,1% к предыдущему месяцу, сахар — на 5,7%, гречка — на 5,1%. Одновременно белокочанная капуста подешевела на 18,8%, картофель — на 17,9%, морковь — на 14,6%.
На этом фоне россияне стали реже сообщать о росте цен на фрукты и овощи, а также на хлеб и хлебобулочные изделия, но чаще замечали удорожание других продуктов повседневного спроса.
Руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая связывает снижение опасений по поводу овощей и фруктов с сезонным удешевлением плодоовощной продукции в августе—сентябре. Руководитель группы макроэкономики и фондового рынка УК «Альфа-Капитал» Александр Джиоев указывает, что этот фактор в последние месяцы сдерживал общую инфляцию, однако почти не затронул остальные продовольственные категории.
По словам главного экономиста «БКС Мир инвестиций» Ильи Федорова со ссылкой на Росстат, ускорение роста цен в продовольственном сегменте началось с июня. В августе повышенными темпами росла стоимость мяса и птицы, сахара и гречки.
Средняя динамика цен поэтому все хуже описывает то, что покупатель видит в разных товарных категориях: двузначное снижение стоимости части овощей может соседствовать с подорожанием продуктов, которые также регулярно входят в потребительскую корзину.
Давление складывается из нескольких факторов
Единой причины для всей продовольственной корзины нет. На отдельные категории воздействуют валютный курс, издержки и объем предложения, дополнительным фактором остается ситуация на топливном рынке.
Федоров связывает часть роста цен с ослаблением рубля, в том числе через импорт мяса птицы. По его оценке, повышение издержек или сокращение предложения в продовольствии быстрее переносится в конечную цену, чем во многих других товарных категориях.
Аналитик Freedom Global Владимир Чернов также относит к факторам повышенных инфляционных ожиданий валютный курс, высокое ценовое давление и ситуацию с топливом.
Эти оценки не дают возможности разложить стоимость конкретного продукта по отдельным факторам. Но они объясняют, почему сезонное удешевление одной части ассортимента не распространяется автоматически на остальные категории.
Читайте также: Мёд дорожает быстрее продовольственной инфляции: себестоимость усиливает давление на цену
Ценовые ожидания бизнеса тоже растут
Повышенные ожидания сохраняются не только у населения. По данным Банка России, ценовые ожидания предприятий в сентябре выросли третий месяц подряд — до 22,7 пункта против 21,1 в августе и 20,5 в июле.
Разрыв с периодом устойчиво более низкой инфляции остается значительным. В 2017–2019 годах ценовые ожидания предприятий в 90% случаев находились в диапазоне от 5,1 до 11,8 пункта, а медиана составляла 8,4 пункта. Сентябрьское значение более чем вдвое превышает эту медиану.
Сам по себе рост показателя не означает, что компании обязательно повысят отпускные или розничные цены: речь идет об оценке будущей ценовой динамики. Но направление совпадает с изменением ожиданий населения — ценовое напряжение фиксируется и со стороны потребителей, и со стороны предприятий.
Ощущение дороговизны снижается медленнее
Инфляционные ожидания населения нельзя напрямую сопоставлять с фактической инфляцией. Банк России указывает, что опросные оценки наблюдаемого и ожидаемого роста цен почти всегда выше фактических показателей: люди сильнее реагируют на подорожание, чем на стабильные или снижающиеся цены.
Для продовольствия этот эффект особенно заметен. По словам Беленькой, продукты питания занимают 39% потребительской корзины Росстата, поэтому изменение их стоимости существенно влияет на инфляционные ожидания населения.
Сентябрьские 14,2% остаются выше исторического ориентира, который использует Банк России. В 2017–2019 годах оценки ожидаемой инфляции в 90% случаев находились в диапазоне 8,4–11,2%. Текущий показатель превышает и этот уровень, и диапазон 11–14%, характерный для 2024–2025 годов.
Приведенные аналитиками оценки предполагают, что инфляционные ожидания могут снижаться медленнее самой инфляции.
Продовольственное ценовое давление остается неоднородным: сезонные товары дешевеют, тогда как в других повседневных категориях рост продолжается. Пока эта разнонаправленность сохраняется, улучшение ценовой динамики в отдельных сегментах не будет полностью снимать ощущение дороговизны продуктовой корзины.
