Российский рынок кормов для домашних животных в 2025 году показал редкое для потребительских категорий сочетание двух трендов: внутреннее импортозамещение и рост экспортной выручки. По данным федерального центра «Агроэкспорт», поставки российских кормов за рубеж достигли 106 тыс. т в натуральном выражении и $256 млн в денежном. В рублях экспорт вырос на 23% год к году и стал рекордным за всю историю сегмента, превысив предыдущий максимум 2021 года, когда экспортная выручка составляла $227 млн. При этом в физическом объеме поставки остались примерно на уровне предыдущего года, что делает особенно важным вопрос не только о количестве, но и о качестве экспортного роста.
Для бизнеса это значимая история сразу в нескольких измерениях. Для производителей — это сигнал, что сегмент кормов выходит из статуса второстепенного направления и превращается в полноценную категорию с экспортным потенциалом. Для логистики — пример того, как близость рынков, единое регуляторное пространство и ветеринарное признание внутри ЕАЭС напрямую влияют на структуру внешних поставок. Для агрохолдингов — подтверждение того, что корма могут стать инструментом повышения маржи за счет глубокой переработки сырья и монетизации побочных продуктов мясного производства.
Кратко
Экспорт российских кормов для домашних животных в 2025 году достиг 106 тыс. т и $256 млн, что стало рекордом для сегмента.
В рублевом выражении экспорт вырос на 23% год к году, но в натуральном выражении остался примерно на уровне предыдущего года.
Главный внешний рынок — Белоруссия: около 54 тыс. т и почти $176 млн по итогам года.
Среди других ключевых покупателей — Казахстан, Узбекистан, Киргизия и Азербайджан; в 2025 году Россия также впервые поставила корма в Катар, Ирак, Иорданию и Бангладеш и возобновила экспорт в Гонконг.
Доля импорта на российском рынке в натуральном выражении снизилась с 15,7% в 2020 году до 3,6% в 2025-м.
В сегмент активно заходят крупные агрохолдинги, включая «Мираторг» и «Дамате», используя корма как канал глубокой переработки и стабилизации маржи.
Рекорд есть, но его важно правильно читать
На первый взгляд результат выглядит как история о быстром наращивании внешних поставок. Но ключевой нюанс в том, что экспорт вырос прежде всего в деньгах, а не в тоннаже. Это означает: российские производители либо продавали продукцию дороже, либо нарастили долю более маржинальных товарных позиций, либо выиграли за счет комбинации ценового и ассортиментного факторов. Для отрасли это хороший сигнал, потому что устойчивость экспортной модели определяется не только физическим объемом, но и способностью зарабатывать больше на единице продукции.
С практической точки зрения это важнее, чем сам по себе рекорд. Когда сегмент растет в выручке быстрее, чем в объеме, рынок начинает переходить от экстенсивной модели к более зрелой. Для производителей это означает возможность инвестировать в рецептуры, упаковку и экспортную дистрибуцию. Для логистики — рост требований к стабильности поставок, качеству документации и эффективности маршрутов, поскольку конкуренция смещается в сторону сервиса и надежности исполнения.
Почему Белоруссия остается главным внешним рынком
Белоруссия в 2025 году сохранила статус основного покупателя российских кормов: около 54 тыс. т продукции почти на $176 млн. Это не просто вопрос географической близости. Участники рынка называют сразу несколько факторов: санкционные ограничения на поставки из ряда других стран, упрощенные таможенные процедуры внутри ЕАЭС, взаимное признание ветеринарных сертификатов и ценовую конкурентоспособность российских кормов по сравнению с европейскими.
Для экспортной логистики это почти учебный пример того, как институциональная среда формирует торговый поток. Там, где есть короткое плечо доставки, согласованные ветеринарные правила и отсутствие сложных барьеров на границе, поставщик получает преимущество даже без глобального бренда. Для российских производителей это снижает стоимость выхода на рынок и делает Белоруссию не просто крупным покупателем, а естественным опорным экспортным направлением.
СНГ остается базой, но география начинает расширяться
После Белоруссии крупнейшими направлениями остаются Казахстан, Узбекистан, Киргизия и Азербайджан. Вне СНГ ситуация сложнее: по оценкам отрасли, на более зрелых рынках российские поставщики сталкиваются с уже сформированной конкуренцией. Именно поэтому особенно показательно, что в 2025 году Россия впервые поставила корма для кошек и собак в Катар, Ирак, Иорданию и Бангладеш, а также возобновила экспорт в Гонконг после перерыва с 2021 года.
Эти объемы пока не сопоставимы с белорусским направлением, но стратегически они важны. Появление новых рынков показывает, что российские производители начинают проходить не только через пространство «естественной близости», но и через более сложные экспортные контуры. Для отрасли это означает рост требований к международной сертификации, устойчивости цепочки поставок и способности работать на рынках с другой конкурентной логикой.
Глобальный рынок помогает, но Россия растет по своей траектории
Мировой рынок кормов продолжает расширяться. По данным, на которые ссылаются участники отрасли, Euromonitor оценивает его в $189,7 млрд по итогам 2025 года, что примерно на 4,8% выше уровня предыдущего года, а в 2026-м объем может достичь $201,2 млрд. В Ассоциации производителей кормов для домашних животных рынок оценивают более консервативно — примерно в $130 млрд, но также ожидают почти двукратного роста к 2035 году, до $250 млрд.
Однако российская история отличается от глобальной. Внутренний рынок устроен вокруг специфической структуры спроса: страна остается, по выражению участников отрасли, «кошачьей». По оценкам ГК «Дамате», в России сейчас около 50 млн кошек и 26 млн собак, а доля произведенных в 2025 году кормов для собак составляет всего 16%. Это важное отличие: международный тренд поддерживает сегмент в целом, но продуктовая логика российского рынка требует другой ассортиментной и производственной настройки.
Внутренний рынок растет вместе с популяцией питомцев
Фундаментальный драйвер сегмента — не только экспорт, но и рост самой базы потребления. По оценкам, к 2024 году количество домашних животных в России достигло 77 млн, что на 13% больше, чем тремя годами ранее. На глобальном уровне эксперты также не видят сокращения популяции кошек и собак, а спрос поддерживается урбанизацией, демографическими сдвигами и тем, что питомцы все чаще рассматриваются как полноценные члены семьи.
Это объясняет, почему категория кормов становится привлекательной для долгосрочных инвестиций. В отличие от более циклических потребительских сегментов, здесь спрос опирается на регулярное потребление и высокую повторяемость покупки. Для цепей поставок это означает относительно стабильный товарный поток, но одновременно — жесткие требования к доступности товара, качеству сырья и бесперебойной дистрибуции.
Импортозамещение меняет структуру рынка
Один из самых заметных сдвигов последних лет — резкое сокращение доли импорта на внутреннем рынке. По оценке Strategy Partners, в натуральном выражении она снизилась с 15,7% в 2020 году до 3,6% в 2025-м. На это повлияли и ограничения Россельхознадзора в отношении ввоза кормов для непродуктивных животных, и уход части иностранных поставщиков после 2022 года.
Для рынка это не просто статистика замещения. Сокращение импорта освобождает место для российских производителей, но одновременно повышает ответственность внутренней индустрии за широту ассортимента, стабильность качества и устойчивость поставок. Когда импортная подушка сжимается, любой сбой в локальном производстве сильнее отражается на полке и в каналах сбыта. Именно поэтому рост собственной производственной базы и развитие сырьевой интеграции становятся для сегмента не бонусом, а необходимостью.
Почему в категорию заходят крупные агрохолдинги
Самый важный структурный сюжет внутри отрасли — приход в сегмент крупных агропредприятий с собственной сырьевой базой. Участники рынка называют среди таких игроков «Мираторг» и «Дамате»; последняя, как сообщается, планировала вывести свою продукцию в розницу уже в апреле.
Экономическая логика здесь прозрачна. При мясопереработке образуется значительный объем побочных продуктов — субпродукты, жир, кости, кровь, — которые не пользуются высоким спросом в традиционной рознице, но являются ценным сырьем для кормов. Это позволяет агрохолдингам глубже перерабатывать сырьевую базу, повышать среднюю маржу и снижать волатильность выручки. Для логистики и SCM это тоже сильный сигнал: вертикальная интеграция сокращает число звеньев в цепочке снабжения, улучшает контроль качества сырья и дает больше возможностей для планирования загрузки производственных мощностей.
Что это значит для логистики
История особенно интересна именно с точки зрения цепей поставок. Сегмент кормов находится на стыке нескольких логик одновременно: это FMCG-категория с повторяемым спросом, агропереработка с жесткими требованиями к сырью и экспортное направление, зависящее от ветеринарной сертификации и трансграничной логистики.
Для директора по логистике это означает несколько практических выводов.
Во-первых, успех на экспортных рынках ЕАЭС сегодня во многом определяется не только ценой, но и скоростью, предсказуемостью и документарной чистотой поставки. Там, где логистика работает без сбоев, производитель получает реальное конкурентное преимущество.
Во-вторых, рост внутреннего производства требует более зрелого управления сырьем и мощностями. Если сегмент становится способом монетизации побочных продуктов мясопереработки, то производственный и логистический контур должен быть синхронизирован значительно точнее, чем в обычной потребительской категории.
В-третьих, экспортная диверсификация за пределы СНГ автоматически поднимает планку к упаковке, маркировке, качеству маршрутов и готовности к работе в более сложной регуляторной среде. Это уже не просто задача сбыта, а задача всей цепочки поставок.
Продажи внутри страны подтверждают устойчивость категории
Внутренние продажи также демонстрируют, что рынок кормов растет не только за счет экспорта. По данным NTech, в 2025 году продажи кормов для собак выросли на 9% в натуральном выражении, до 317 тыс. т, и на 15% в денежном, до 75,97 млрд руб. Кормов для кошек было продано 1,39 млн т, что на 7% больше год к году, а выручка по этой категории выросла на 15%, до 445,4 млрд руб.
Это подтверждает важный тезис: экспортный успех сегмента опирается на достаточно сильную внутреннюю базу. Для бизнеса это означает меньшую зависимость от одного канала роста. Для производителей — более устойчивую инвестиционную логику. Для логистики — необходимость одновременно поддерживать и внутреннюю дистрибуцию, и внешние поставки без потери качества сервиса.
Частые вопросы по теме
Почему экспорт кормов вырос в деньгах, но не в тоннаже?
Это означает, что сегмент прибавил прежде всего в стоимости поставок, а не в физическом объеме. Причиной могли стать ценовые факторы, изменение структуры экспортируемой продукции или рост доли более маржинальных позиций.
Почему Белоруссия занимает такую большую долю в экспорте?
Потому что здесь сочетаются несколько преимуществ: санкционные ограничения на поставки из ряда других стран, близость рынков, упрощенные процедуры внутри ЕАЭС и взаимное признание ветеринарных сертификатов. Дополнительный фактор — ценовая конкурентоспособность российских кормов.
Что означает снижение импорта для российского рынка?
Это признак углубления импортозамещения. Но одновременно это означает, что ответственность за ассортимент, качество и бесперебойность поставок все сильнее ложится на российских производителей.
Зачем агрохолдингам рынок кормов для домашних животных?
Потому что он позволяет монетизировать побочные продукты мясопереработки, повышать среднюю маржу и снижать зависимость выручки от колебаний в базовом мясном бизнесе.
Что это меняет для логистики?
Сегмент требует более точного управления сырьем, стабильной внутренней дистрибуции и зрелой экспортной логистики, особенно при выходе за пределы СНГ. Важность приобретают скорость, документарная точность и устойчивость поставок.
Выводы и практические рекомендации
Рынок кормов для домашних животных в России выходит на новый этап: он уже не выглядит локальной потребительской категорией, а становится связкой из агропереработки, импортозамещения и экспортной торговли. Рекорд по выручке в 2025 году подтверждает, что сегмент способен зарабатывать не только внутри страны, но и на внешних рынках.
Для производителей главный вывод состоит в том, что экспортный рост теперь требует не только продукта, но и зрелой инфраструктуры поставок. Для агрохолдингов — что корма становятся эффективным инструментом глубокой переработки и стабилизации бизнеса. Для логистики — что конкурентоспособность сегмента все сильнее зависит от качества исполнения: от сырья и производственного планирования до ветеринарной документации и трансграничной доставки.
Именно поэтому дальнейший рост категории будет определяться уже не только спросом на корма как таковые, а тем, насколько быстро российские игроки смогут превратить производственный потенциал в устойчивую, предсказуемую и масштабируемую цепочку поставок.
