Российские производители обуви и традиционная розница добиваются резкого пересмотра правил трансграничной интернет-торговли: зарубежные заказы физических лиц могут обложить НДС и пошлинами даже в нижнем ценовом сегменте. РСКО предлагает ввести 22-процентный НДС уже с 2027 года, Минфин закладывает поэтапный рост ставки до 22% к 2029 году. При жестком сценарии зарубежные товары могут подорожать на 25–30%, а часть спроса — уйти в серые каналы вместо перехода к российским продавцам.
Налоговый разрыв
Сейчас трансграничные товары, поступающие в Россию, не предполагают уплаты НДС. Это дает зарубежным интернет-заказам ценовое преимущество перед сопоставимыми товарами российских продавцов, работающих внутри российской налоговой системы.
Российский союз кожевников и обувщиков предлагает закрыть этот разрыв быстрее, чем планирует Минфин: ввести 22-процентный НДС на непродовольственные товары, заказанные физическими лицами за границей, уже с 2027 года. Минфин закладывает более плавную модель: 7% в 2027 году, 14% в 2028 году и 22% в 2029 году. Ведомство связывает такой сценарий с выравниванием условий для интернет-торговли и традиционной розницы без резкого давления на российский e-commerce.
НДС — только часть пакета, которого добиваются отраслевые участники. РСКО также выступает за пошлины на все ввезенные из-за границы товары и обязательную маркировку зарубежной продукции. Сейчас пошлина по ставке 15% применяется к товарам с таможенной стоимостью выше €200; с июля 2026 года ставка должна снизиться до 5%. В жестком варианте трансграничный канал потеряет значительную часть ценовой гибкости.
Обувь как аргумент
Для производителей обуви трансграничная торговля стала частью более широкого спора о налоговой асимметрии. По данным Росстата, в 2025 году производство обуви в России сократилось на 23%, изделий из натуральной кожи — на 33%. В январе—феврале 2026 года спад продолжился: выпуск обуви снизился на 30,5%, изделий из кожи — на 11%.
На стороне импорта динамика иная. По подсчетам системы маркировки «Честный знак», в январе—марте 2026 года импортная продукция сформировала 73,3% общего объема обуви, выведенной на рынок. За год ее доля выросла на 3,9 процентного пункта.
РСКО использует эти цифры как аргумент в пользу более жесткого регулирования: российские производители конкурируют не только с классическим импортом, но и с потребительскими зарубежными заказами, которые не несут сопоставимой налоговой нагрузки. Потери бюджета от отсутствия налогов с трансграничных заказов в союзе оценивают примерно в 30 млрд руб. в год.
Обувь в этой дискуссии — наиболее заметный кейс, но не единственный объект регулирования. Если НДС и пошлины распространятся на широкий круг непродовольственных товаров, эффект выйдет за пределы одной отрасли и затронет экономику всего трансграничного канала.
Цена для покупателя
Самое прямое последствие налогового изменения — рост конечной цены. Директор Института развития предпринимательства и экономики Артур Гафаров оценивает возможное подорожание зарубежных товаров после введения НДС в 25–30%. Такая прибавка способна изменить поведение покупателей в сегментах, где зарубежный заказ выигрывал прежде всего за счет цены.
Часть прямых покупок за рубежом может потерять смысл там, где внутренний рынок предлагает сопоставимый товар. Но трансграничный канал не сводится к дешевым аналогам российских товаров. По позиции маркетплейсов, за рубежом часто заказывают недорогие товары повседневного спроса либо позиции, которых нет на внутреннем рынке. В таких категориях подорожание не ведет к автоматическому переходу к российским продавцам.
Налог меняет цену, но не создает замену отсутствующему ассортименту. Покупатель, который выбирал зарубежный товар из-за отсутствия аналога, не получает внутреннюю альтернативу только потому, что заказ стал дороже.
Платформы за постепенность
Ассоциация компаний интернет-торговли выступает за поэтапное введение НДС. Такой же позиции придерживаются Ozon и Wildberries. Для маркетплейсов зарубежные партнеры остаются одной из точек роста: увеличивать число селлеров внутри страны с каждым годом становится сложнее, а трансграничный ассортимент закрывает спрос в нишах, где внутреннее предложение ограничено.
АКИТ указывает, что российский e-commerce остается преимущественно внутренним: доля чистого трансграничного рынка, то есть прямой доставки из-за рубежа, в 2025 году составила 3,8% его оборота. Одновременно оборот трансграничной торговли достиг 440 млрд руб. Канал не доминирует в российской интернет-торговле, но его размер уже достаточен, чтобы налоговая реформа повлияла на цены, ассортимент и операционную модель платформ.
Для традиционной розницы и производителей быстрый сценарий — способ убрать налоговую асимметрию. Для маркетплейсов — риск резкой перестройки трансграничного предложения. Разница позиций не сводится к спору «за» или «против» регулирования. Рынок выбирает между постепенной адаптацией и ценовым шоком в один год.
Риск серого канала
Резкое удорожание зарубежных товаров не обязательно даст эффект, на который рассчитывают производители. Президент Ассоциации представителей электронной торговли Алексей Москаленко считает, что рост цен на обувь может активизировать серые каналы ввоза. Его аргумент связан с поведением потребителя: покупатель, привыкший к недорогой зарубежной обуви, не обязательно быстро переключится на местные бренды и может искать способы сохранить прежний уровень расходов.
НДС способен снизить ценовое преимущество зарубежных заказов, но при слишком резком переходе часть спроса может уйти из прозрачного канала. Для государства это вопрос не только собираемости налога, но и контроля оборота. Для производителей — риск не получить ожидаемого прироста спроса. Для маркетплейсов — давление на ассортимент и экономику трансграничного направления.
Поэтапный вариант Минфина менее привлекателен для производителей, которым нужен быстрый эффект, но снижает вероятность резкого изменения потребительского поведения. Одномоментный вариант РСКО лучше отвечает интересам отрасли, находящейся под давлением импорта, но повышает риск побочных последствий.
Новая экономика трансграничной торговли
Введение НДС на зарубежные интернет-заказы меняет экономику канала, который долго конкурировал за счет ценового разрыва с внутренним рынком. Если этот разрыв сократится, трансграничная торговля будет сильнее зависеть от ассортимента, скорости доставки, доверия к платформе и наличия товаров, которые нельзя легко заменить российскими аналогами.
Для российских производителей быстрый переход к полной ставке НДС может снизить давление дешевого импорта. Для традиционной розницы — вернуть более сопоставимые условия конкуренции. Для маркетплейсов — усложнить работу с зарубежными селлерами и потребовать более осторожного управления ассортиментом. Для потребителей — повысить цену части привычных зарубежных покупок.
Налог может убрать ценовое преимущество трансграничных заказов, но не создает автоматически конкурентоспособное внутреннее предложение и не гарантирует переход спроса к российским продавцам. При жестком переходе часть ожидаемого эффекта может уйти не в рост локальных продаж, а в сокращение прозрачного трансграничного оборота.
