За последние четыре года число магазинов одежды в России сократилось на 11%: на начало февраля 2026 года работает 114,5 тыс. точек, что на 4,7% меньше, чем годом ранее, и на 11% меньше, чем в 2022 году. Важно, что это не «обвал» спроса на одежду как таковой, а перестройка архитектуры продаж: онлайн закрепляется как основной канал транзакций, а офлайн всё чаще выполняет функции сервиса, примерки и маркетинга бренда.
Для логистики и управления цепями поставок этот сдвиг означает пересборку нескольких ключевых контуров: прогнозирования, распределения запасов, возвратов, складской обработки и последней мили. Магазин перестаёт быть финальной точкой продажи — и это меняет смысл многих процессов, от планирования поставок до KPI по оборачиваемости.
Что показывают цифры и почему это не только про маркетплейсы
Сокращение числа продавцов подтверждается динамикой «входа и выхода» с рынка: в 2025 году открылось 14,7 тыс. магазинов одежды — на 12% меньше, чем в 2022-м, при этом число закрытий на протяжении четырёх лет превышало число открытий. Аналитик сервиса «Контур.Фокус» Вероника Скороходова объясняет тренд усилением конкуренции и выживанием наиболее адаптивных игроков.
Однако причина шире, чем просто переток трафика в онлайн.
Партнёр по торговому направлению BlackStone Keeping Company Ольга Яруллина описывает происходящее как смену роли офлайна:
«Онлайн стал основной транзакционной витриной фешен-категории, а офлайн все чаще выполняет функцию брендинга и сервиса».
Если перевести это на язык операций, то бизнес оптимизирует сеть: закрывает слабые локации, уменьшает площади, но повышает «эффективность метра» — через ассортимент, сервис, технологизацию и привязку к онлайн-заказам.
География: где сеть «сжимается» быстрее, а где ещё растёт
Сокращение магазинов заметно в большинстве городов-миллионников. По данным геосервиса «2ГИС», падение за четыре года в среднем составляет 4%, а наиболее сильное — в Нижнем Новгороде (почти —18%), Новосибирске (—16%), Омске (—14%), Волгограде (—11,5%) и Санкт-Петербурге (—11%).
При этом есть исключения: в Москве и Краснодаре фиксируется рост числа магазинов (примерно на 9% и 8% соответственно). Объяснение прагматично: в столице концентрируются тестирование новых форматов и экспансия российских брендов, а в Краснодаре спрос поддерживает рост населения и высокая потребительская активность.
Для цепей поставок это означает неравномерность: логистика «фешена» становится менее сетевой и более точечной. Условно говоря, «вся страна одинаково» больше не работает — растёт значение микрорегиональных моделей пополнения и перераспределения запасов.
Что меняется в модели магазина и почему это важно для складов и транспорта
Когда офлайн превращается в витрину, а покупка всё чаще оформляется онлайн, у магазина появляется новая роль: стать локальным узлом исполнения заказов. Это приводит к трём операционным последствиям.
Первое — меняется структура запасов. Раньше магазин держал ассортимент «для продажи в зале». Теперь ему всё чаще нужен ассортимент «для обслуживания спроса в зоне покрытия»: выдача, примерка, обмен, возврат, быстрая доставка. Это повышает ценность точного управления размерными рядами и снижает терпимость к излишкам.
Второе — растёт доля обратной логистики. Фешен традиционно лидирует по возвратам в e-commerce, а по мере того как офлайн становится сервисной точкой, на магазин ложится больше операций по приёмке, проверке, сортировке и отправке возвратов. Ошибка в этом контуре быстро «съедает» маржу: двойная обработка, перемещения между складами, пересортица по размерам и сезону.
Третье — усложняется планирование. В одной и той же точке сходятся разные потоки: пополнение зала, поставки под онлайн-заказы, перемещения между магазинами, возвраты. Без прозрачных правил приоритизации (что обрабатываем первым, что — в какой срок, какие SKU «критические») магазин превращается в узкое место цепочки.
Как это влияет на торговые центры и структуру городского спроса
Трансформация затрагивает не только бренды, но и площадки. Часть торговых центров перераспределяет площади в пользу развлечений, сервисов и общепита, сокращая долю классического фешен-ритейла. Это ещё один фактор «сжатия» сети: даже если бренд хотел бы сохранить присутствие, подходящие площади могут стать дороже, а формат — менее экономичным.
В итоге рынок движется к модели «меньше точек — выше оборот на квадратный метр». По оценке Ольги Яруллиной, при сохранении текущего темпа в ближайшие пять лет число магазинов одежды может сократиться ещё на 12–16% (в негативном сценарии — до —20%).
Что делать бизнесу: практические выводы для логистики и supply chain
Для руководителей по логистике и цепям поставок ключевой вопрос теперь звучит иначе: не «сколько у нас магазинов», а «какие функции выполняет каждая точка в омниканальной сети». От ответа зависит вся операционная архитектура.
-
Разделить магазины по ролям: флагманы (бренд и сервис), точки исполнения (выдача/доставка), сезонные/пилотные. У каждой роли — свой профиль запасов, частота пополнения и KPI.
-
Пересобрать возвратный контур: стандарты приёмки, проверка качества, маршрутизация возврата (в продажу/на склад/на утилизацию), контроль пересортицы.
-
Усилить прогнозирование на уровне микрорайонов и форматов: сокращение сети делает ошибку в распределении запасов дороже, потому что «подстраховаться соседним магазином» становится сложнее.
-
Оцифровать «магазин как склад»: без дисциплины учёта и прозрачности остатков омниканал превращается в источник потерь и срывов SLA.
Сокращение числа магазинов одежды — это не конец офлайна, а переход к более сложной модели, где физическая точка становится частью сервиса и логистики, а не только местом продажи. Компании, которые быстрее настроят эту модель, смогут поддерживать оборот при меньшем числе точек и более жёсткой экономике метра.
