«ВкусВилл» в 2025 году закрыл 286 магазинов и сократил сеть почти на 13%, до 1973 точек. Для российского продуктового ритейла это не просто заметная корпоративная оптимизация, а важный рыночный сигнал: один из самых сильных игроков в сегменте fresh и готовой еды начал пересобирать офлайн-контур под новую экономику спроса. Более 70% закрытых объектов пришлись на мини-формат, а свыше половины выручки ритейлера уже формирует онлайн-доставка. Это значит, что физическая близость к покупателю больше не обязательно обеспечивается магазином — все чаще ее заменяет логистика.
Для логистики, управления цепями поставок, продуктовой розницы и e-grocery история важна по другой причине. Когда федеральная сеть закрывает не слабые окраинные точки, а массово оптимизирует компактные магазины, рынок фактически признает: прежняя модель экспансии перестала окупаться в части локаций. В выигрыше теперь не тот, у кого больше адресов, а тот, кто лучше сочетает доставку, дарксторы, управление ассортиментом и экономику последней мили.
Кратко для практиков
- «ВкусВилл» закрыл 286 магазинов в 2025 году и сократил сеть на 12,7%, до 1973 точек.
- Более 70% закрытых магазинов пришлись на формат мини-точек; число объектов площадью до 100 кв. м сократилось на 24%, до 635.
- По данным самой компании, 53% выручки ритейлера в 2025 году обеспечила онлайн-доставка.
- Рынок FMCG замедляется: оборот розничной торговли в сопоставимых ценах по итогам 2025 года вырос на 2,6% против 7,2% годом ранее, а прогноз Минэкономразвития на 2026 год — лишь 1,1%.
- Прирост площадей топ-200 FMCG-ритейлеров без учета дискаунтеров в 2025 году составил 1,6 млн кв. м — минимум с 2011 года.
- Компании в ответ на давление на маржу сокращают неэффективные точки, переводят часть магазинов в дарксторы, передают объекты другим сетям и ускоряют автоматизацию.
- Для логистики главный вывод в том, что продовольственный ритейл входит в фазу, где доставка и формат dark store становятся не дополнением к магазину, а инструментом замещения части офлайн-сети. Это прямо следует из структуры закрытий, доли онлайна у «ВкусВилла» и общего замедления рынка.
Почему сокращение сети «ВкусВилла» — это не разовая оптимизация, а рыночный сигнал
Сам по себе факт закрытия 286 магазинов можно было бы списать на обычную уборку неудачных локаций. Но масштаб слишком велик, чтобы считать это чисто технической зачисткой. Речь идет о сокращении сети почти на 13% за год, причем более 70% закрытых точек были мини-магазинами. Это уже не точечная коррекция, а пересмотр роли самого формата в бизнес-модели.
На зрелом рынке розницы такой шаг обычно означает, что компания пришла к новому выводу о том, где именно создается выручка и где она теряется. Генеральный директор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров прямо связывает масштабную оптимизацию сети с попыткой сохранить рентабельность и улучшить показатели сопоставимых продаж. Иначе говоря, часть магазинов перестала быть активом роста и превратилась в источник операционного давления.
Для отрасли это важнее самой цифры закрытий. Продуктовая розница долго жила в логике, что физическая плотность покрытия почти автоматически работает на оборот. Сейчас выясняется, что в ряде случаев эту функцию эффективнее выполняет доставка.
Почему мини-магазины оказались первыми кандидатами на сокращение
Более 70% закрытых точек — это мини-формат. Количество магазинов площадью до 100 кв. м за год сократилось на 24%, до 635 объектов. Это очень показательная деталь: именно компактная торговая точка хуже всего выдерживает новую экономику рынка.
Мини-магазин хорош, пока покупатель ходит туда регулярно, а сеть способна быстро обеспечивать ассортимент и приемлемую маржу на ограниченной площади. Но если клиент все чаще заказывает доставку, а часть импульсного спроса уходит в цифровой канал, маленький формат начинает проигрывать сразу по нескольким параметрам: ассортиментному охвату, выручке на точку и устойчивости к росту постоянных затрат.
Для логистики это принципиальный момент. Мини-магазин раньше выступал как физическая точка приближения к клиенту. Теперь ту же функцию в ряде районов может выполнять темный магазин, гибридная точка сборки или просто более сильный маршрут доставки. В таком сценарии маленькая розничная точка становится избыточным промежуточным звеном.
Как онлайн-доставка вытесняет часть офлайн-функций
Ключевая цифра этой истории — 53% выручки «ВкусВилла» в 2025 году пришлись на онлайн-доставку. Для food retail это уже не вспомогательный канал и не сервис поверх магазинов, а центральная часть бизнес-модели. Независимый консультант Михаил Лачугин прямо указывает: меняется сама модель совершения покупок, и в этой модели уже нет необходимости содержать прежнее количество физических магазинов.
Это, пожалуй, главный сдвиг. Когда больше половины выручки продовольственного ритейлера дает доставка, логистика перестает обслуживать торговую сеть и начинает частично замещать ее. Покупатель получает доступ к ассортименту не через полку в соседнем магазине, а через цифровой интерфейс и инфраструктуру исполнения заказа.
Для SCM это означает смену приоритетов. В центре уже не только мерчандайзинг и доступность товара в конкретной точке, а управление запасом под сборку заказа, скорость пополнения, плотность последней мили и качество омниканального маршрута от склада до клиента.
Почему проблема шире одной сети
Хотя «ВкусВилл» — первый крупный продуктовый ритейлер, который столь заметно сократил сеть, эксперты не рассматривают это как уникальный случай. Полина Афанасьева из CMWP говорит о более широком тренде: в 2025 году ряд продуктовых ритейлеров пересмотрели планы экспансии на фоне жесткого экономического фона, дорогих кредитов и усиления конкуренции с маркетплейсами.
Еще показательнее данные по рынку площадей. Прирост торговых площадей у топ-200 FMCG-ритейлеров без учета дискаунтеров самообслуживания составил в 2025 году 1,6 млн кв. м — минимум с 2011 года. Годом ранее было 2,2 млн кв. м. Это уже не история отдельной компании, а рыночное торможение всей модели офлайн-экспансии.
Для логистики и складской инфраструктуры это означает, что часть инвестиций, которые раньше уходили в новые магазины, будет перераспределяться в сервис доставки, dark store-модель, автоматизацию и повышение производительности существующего контура.
Что именно давит на рентабельность стационарных магазинов
Причин несколько, и они накладываются друг на друга. Во-первых, замедляется сам рынок: оборот розничной торговли в сопоставимых ценах по итогам 2025 года вырос лишь на 2,6% против 7,2% годом ранее, а прогноз Минэкономразвития на 2026 год — всего 1,1%. Во-вторых, усиливается сберегательная модель поведения: покупатель становится более рациональным, чаще экономит на готовой еде и внимательнее относится к ценам. В-третьих, дорогие кредиты и давление на маржу делают содержание слабых точек менее терпимым для бизнеса.
Это важный набор факторов, потому что он объясняет: дело не только в успехе доставки. Если бы потребительский рынок оставался горячим, часть неэффективности физической сети могла бы компенсироваться общим ростом. Но при слабом спросе каждый магазин должен доказывать свою полезность.
Для продуктового ритейла это означает конец эпохи открытий ради присутствия. Для логистики — рост ценности точных решений по локации, радиусу доставки и роли конкретной точки в общей омниканальной сети.
Почему конкуренция с маркетплейсами важна даже для продуктовой розницы
На первый взгляд маркетплейсы давят прежде всего на непродовольственный сегмент. Но в публикации прямо сказано, что усиление конкуренции с ними влияет и на пересмотр планов в продуктовой рознице. Причина понятна: покупатель сравнивает уже не только цены внутри продуктовых сетей, но и саму модель покупки — скорость, удобство, частоту заказа, набор соседних категорий и цифровой опыт в целом.
Это меняет поведение даже там, где товар по природе «магазинный». Если клиент привыкает жить в экосистеме доставки и мобильного заказа, физическая точка должна давать что-то сверх доступности: свежесть, выбор, эмоцию, готовую еду, высокий сервис или роль хаба в омниканальной цепочке.
Это означает расширение конкуренции за пределы одного формата. Последняя миля, качество сборки и скорость доставки теперь борются не только между продуктовыми сетями, но и против более широкой платформенной привычки покупателя.
Dark store, передача объектов и автоматизация: как сети перестраивают физический контур
Михаил Бурмистров описывает несколько типичных ответов на ухудшение экономики точки: часть магазинов переоборудуется в дарксторы, часть передается в управление другим сетям. В пример приводится решение «Магнита» передать отдельные объекты в Подмосковье «Дикси». Параллельно сети режут издержки через автоматизацию: увеличивают число касс самообслуживания, внедряют роботизацию, тестируют магазины без продавцов. Сам «ВкусВилл» в 2025 году запустил ночные магазины без продавцов в Санкт-Петербурге.
Это уже не косметические улучшения, а пересборка всей офлайн-архитектуры. Магазин становится либо более технологичным, либо более логистическим, либо должен уступить место другой функции. Точка как «просто полка рядом с домом» теряет универсальность.
Для логистики это означает рост спроса на гибридные решения. Темный магазин, магазин-склад, магазин-пункт быстрой сборки, автоматизированная ночная точка — все это признаки того, что торговая недвижимость все чаще проектируется не под трафик как таковой, а под многослойную операционную роль.
Что это означает для персонала и операционных затрат
Сокращение сети почти всегда тянет за собой пересмотр численности. У «ВкусВилла» персонал за год сократился на 6%, до 24 051 человека. Это укладывается в общую линию оптимизации затрат: бизнес ищет способы снизить фонд оплаты труда без прямого ущерба для сервиса.
Для ритейла это типичная реакция на давление на маржу. Но для логистики и SCM она важна по другой причине: автоматизация и сокращение персонала в торговой точке почти всегда перекладывают часть нагрузки в upstream-контур. Если магазин работает меньшим штатом, больше требований появляется к качеству предсортировки, к точности поставок, к удобству сборки и к цифровому сопровождению операций.
То есть эффект оптимизации в магазине не заканчивается внутри магазина. Он меняет всю цепочку.
Почему 2026 год может усилить этот тренд
Хотя сама компания не ждет дальнейшего сокращения сети в 2026 году, опрошенные эксперты полагают, что осторожность ритейлеров только усилится. Михаил Бурмистров связывает это с резким замедлением потребительского спроса в начале года. По данным ЦМАКП, в январе покупки граждан снизились на 1,9% после слабого роста во второй половине 2025 года. Ирина Болотова говорит еще жестче: покупатель сейчас ведет себя очень рационально и осторожно, а не все участники рынка смогут пережить такой год.
Это означает, что в 2026 году ритейл будет не столько расти, сколько пересматривать эффективность каждого метра, каждой точки и каждого маршрута. Для сети это время селекции. Для логистики — время более сложной и более важной роли: она должна не просто доставлять, а помогать заменять и перенастраивать физическую сеть.
Частые вопросы по сокращению сети «ВкусВилла»
Почему «ВкусВилл» закрыл почти 300 магазинов?
Потому что часть точек оказалась неэффективной в новых рыночных условиях, а сама компания ускоряет переход к модели, где значительную долю выручки обеспечивает доставка.
Какие магазины закрывались чаще всего?
Прежде всего мини-магазины. Более 70% закрытых точек относились именно к этому формату, а число объектов площадью до 100 кв. м сократилось на 24%.
Значит ли это, что продуктовая розница массово уйдет из офлайна?
Нет, но она будет осторожнее. Массового тренда на закрытие крупных продуктовых сетей эксперты пока не видят, однако расширение сети уже явно уступает место оптимизации и повышению эффективности.
Почему эта тема важна для логистики?
Потому что доставка начинает замещать часть функций физического магазина, а формат dark store и гибридные точки становятся все важнее для экономики food retail.
Что происходит с торговыми площадями в FMCG?
Прирост площадей резко замедлился: у топ-200 FMCG-ритейлеров он составил 1,6 млн кв. м в 2025 году — минимум с 2011 года.
Чего ждать в 2026 году?
Сети, вероятно, будут более аккуратно подходить к открытию новых точек, активнее автоматизировать магазины и расширять форматы, в которых физический объект работает как часть логистической системы.
Вывод
История со «ВкусВиллом» важна не потому, что одна сеть закрыла почти 300 магазинов. Важнее другое: продуктовый ритейл впервые так отчетливо показывает, что магазин у дома больше не является безусловной единицей роста. Если больше половины выручки дает доставка, а слабый спрос не прощает неэффективных локаций, офлайн-сеть неизбежно начинает работать по новым правилам.
Для логистики это почти тектонический сдвиг. Она перестает быть функцией поддержки розницы и становится одним из инструментов замещения части розничной инфраструктуры. И тот, кто быстрее научится пересобирать сеть вокруг доставки, dark store-модели, автоматизации и точной экономики точки, получит преимущество в новой фазе продуктового рынка.
