Потребительские расходы в России во II квартале 2026 года выросли после поправки на инфляцию на 10–13% год к году, тогда как реальные располагаемые доходы увеличились лишь на 1,5%. По данным Центра экономического прогнозирования Газпромбанка, такой динамики расходов не было с лета 2023 года. Домохозяйства тратят заметно быстрее, чем растут их текущие доходы, и все активнее используют накопленные средства.
Расходы оторвались от доходов
В 2023–2025 годах рост доходов населения стабильно опережал увеличение расходов. В 2026 году соотношение изменилось.
Во II квартале реальные располагаемые доходы прибавили 1,5% — это минимум с третьего квартала 2022 года. Потребительское кредитование оживилось, но портфель потребительских ссуд вырос на 2,5%, существенно слабее расходов домохозяйств.
Ни текущие доходы, ни кредитование не объясняют нынешний всплеск целиком. Часть спроса поддерживают накопленные ранее деньги. При этом рост распределяется по рынку неравномерно: крупные покупки прибавляют на фоне снижения трафика и расходов в ряде повседневных категорий.
В 2022–2024 годах высокие процентные ставки стимулировали домохозяйства держать средства на депозитах. Аналитик «Цифра брокер» Егор Зиновьев оценивает объем таких «горячих денег» в 3–4 трлн рублей. Весной и летом 2026 года часть высокодоходных вкладов стала подходить к окончанию срока, а после снижения ключевой ставки до 14% новые сберегательные продукты стали менее привлекательными по сравнению с прежними условиями.
Норма сбережений сократилась с 10% в первом полугодии 2025 года до 4,4% в 2026 году. Доля доходов, направляемых на покупки, выросла до 80,3%.
Эти показатели не позволяют утверждать, что все высвободившиеся с депозитов средства ушли в потребление. Но в сочетании со слабой динамикой доходов и умеренным ростом кредитования они указывают на перераспределение денег в пользу текущих расходов.
Покупки подталкивают ожидания роста цен
По данным опросов инФОМ, медианная оценка ожидаемой инфляции в июле поднялась до 14,7% — максимума с весны 2022 года.
Руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «Финам» Ольга Беленькая связывает сочетание высоких инфляционных ожиданий и снижающихся депозитных ставок с желанием части потребителей перенести крупные покупки на более ранний срок. Ожидание дальнейшего подорожания само становится стимулом купить раньше.
На решения покупателей влияли также ослабление рубля, глобальное удорожание микроэлектроники и предстоящее введение технологического сбора. Наиболее чувствительными к этому набору факторов оказались крупные непродовольственные покупки.
Читайте также: Рост среднего чека ещё не означает рост спроса: риск для планирования запасов
Спрос растет не везде
Продажи новых легковых автомобилей в первом полугодии выросли на 14,8%, а в июне — на 29%, по данным «Автостата». Повышенный спрос затронул также технику и электронику.
В повседневных категориях динамика иная. Трафик в районных продуктовых магазинах «у дома» снизился на 10%, при этом покупатели активнее переходят в жесткие дискаунтеры. Покупки одежды и обуви сократились на 10–15%. В общепите трафик уменьшился на 6–10%, а часть спроса сместилась в сторону более дешевой готовой еды из супермаркетов. На отдельных направлениях внутреннего туризма снижение составило 7–19%.
Двухзначный рост совокупных расходов не равен общему подъему потребительского рынка. Домохозяйства увеличивают затраты на отдельные крупные покупки и одновременно жестче экономят в регулярном потреблении.
Средние показатели рынка при такой структуре спроса становятся менее показательными: сильная динамика в одной категории соседствует с падением трафика и повышенной ценовой чувствительностью в другой.
Импорт получает часть импульса
По данным Центра экономического прогнозирования Газпромбанка, импорт из Китая в Россию за первые семь месяцев увеличился на 29,5%, а совокупные поставки из всех стран во II квартале — примерно на 16,5%. Одновременно повысился контейнерный индекс Центра ценовых индексов.
Оба показателя импорта рассчитаны в долларах и не скорректированы на инфляцию и колебания курса, поэтому напрямую сопоставлять их с реальной динамикой потребительских расходов нельзя. Ускорение зарубежных поставок при этом совпало с ростом спроса на автомобили, технику и электронику — категории, где значительную роль играет импорт.
Для ритейлеров, импортеров и логистических операторов существенна структура этого спроса. Рост отдельных импортозависимых категорий способен усиливать товарные и контейнерные потоки быстрее, чем меняется потребительский рынок в среднем. Имеющиеся данные, однако, не позволяют определить, какая именно часть увеличения китайского импорта связана с конечными покупками домохозяйств.
Ресурс нынешнего роста ограничен
Темпы роста заработных плат начали замедляться с апреля. Индекс потребительских настроений инФОМ летом опустился ниже средних уровней прошлых лет. Оперативные данные начала августа также указывают на замедление роста расходов, включая продажи на маркетплейсах.
Этого пока недостаточно, чтобы считать потребительский всплеск завершенным. Но нынешняя динамика все меньше похожа на рост, поддержанный ускорением доходов, и все сильнее зависит от готовности домохозяйств сокращать сбережения.
Для ритейла и компаний, управляющих товарными потоками, переносить темпы II квартала на следующие месяцы рискованно. Спрос уже распределяется по категориям неравномерно, а один из источников его ускорения — накопленные ранее средства — конечен. Текущие темпы продаж и товарных потоков поэтому требуют осторожной оценки: часть нынешнего импульса может оказаться временной.
