Во II квартале 2026 года в неформальном секторе работали 15,2 млн россиян, или 20,4% всех занятых, по расчетам FinExpertiza на основе данных Росстата. Около 14,5 млн из них не совмещали такую деятельность с работой в компаниях — для них неформальный сектор оставался единственным источником заработка. В логистике, ритейле, строительстве и услугах компании все чаще конкурируют за людей не только друг с другом, но и с более гибкими формами занятости.
Неформальная занятость все реже остается подработкой
Лишь около 750 тыс. занятых в неформальном секторе, или 5%, одновременно работают в компаниях. За год число тех, для кого этот сектор остается единственным источником заработка, выросло на 185 тыс., тогда как количество совмещающих неформальную занятость с корпоративной сократилось на 74 тыс., или на 9%. По данным FinExpertiza, весь годовой прирост пришелся на работников, не связанных с корпоративным сектором.
Эти цифры не подтверждают массового перехода сотрудников из штата в самозанятость. Категория неформальной занятости, которую использует Росстат, шире режима налога на профессиональный доход: в нее входят самозанятые, индивидуальные предприниматели и их сотрудники, а также работники семейных и других предприятий, не зарегистрированных как юридические лица. По этой статистике нельзя определить, сколько людей непосредственно сменили трудовой договор на самостоятельную работу.
Внутри самого сегмента, однако, растет доля тех, кто полностью находится вне корпоративного найма.
Одну из причин заместитель гендиректора «Работа.ру» и операционный директор «СберПодбора» Александр Ветерков связывает с распространением маркетплейсов, агрегаторов такси и служб доставки. Они позволяют получать заказы без собеседований и оформления в штат, а деньги — сразу после смены. По данным исследования «Работа.ру», регулярно подрабатывают более 20% россиян.
Гибкие модели использует и сам бизнес. По словам Ветеркова, кадровый дефицит побуждает компании чаще привлекать людей к отдельным проектам через подрядчиков и платформы. Работа, которую раньше человек искал прежде всего через штатную вакансию, все чаще доступна и в других форматах.
Читайте также: Курьерский труд дорожает, хотя соискателей становится больше
Конкуренция выходит за пределы вакансий
Неформальная занятость традиционно широко представлена в торговле, строительстве, ремонте, бытовых услугах, перевозках и сельском хозяйстве, говорит управляющий партнер Main Division, член генерального совета «Деловой России» Андрей Глушкин. В услугах, строительстве, логистике и рознице компаниям приходится соперничать за работников не только между собой, но и с более гибкими способами заработка.
Говорить о вытеснении традиционного найма Ветерков считает преждевременным. Но выбор для работника уже шире: между собой конкурируют не только вакансии разных компаний, но и разные способы организации занятости.
Зарплата в этой конкуренции остается важной, но не единственной характеристикой предложения. Платформенные модели дают быстрый доступ к заказам, гибкий график и короткий путь от поиска работы до получения денег. С этими особенностями Ветерков связывает их привлекательность для части работников.
Сравнивать доходность двух моделей по имеющимся данным нельзя. Ведущий аналитик Freedom Global Наталья Мильчакова допускает, что при серых выплатах работодатель может экономить на страховых взносах и направлять часть этих средств на оплату труда. Сопоставимой статистики доходов штатных сотрудников и самостоятельно занятых работников в одних и тех же профессиях в приведенных данных нет.
Свобода без встроенных гарантий
Самостоятельная работа переносит часть социальных рисков на самого человека. Для самозанятых без добровольных пенсионных отчислений такая деятельность не формирует страховой стаж, говорил Ветерков. Гражданско-правовые отношения также не дают того же набора гарантий, что трудовой договор, включая оплачиваемый отпуск.
По оценке Глушкина, наиболее уязвимы неоформленные сотрудники у физических лиц и самозанятые без добровольного страхования. Самозанятые могут самостоятельно перечислять взносы на будущую пенсию и отдельно страховаться на случай временной нетрудоспособности, однако добровольные механизмы пока используются ограниченно.
За I квартал 2026 года на пенсионное страхование поступило 574 млн рублей, что соответствовало 8,5% годового плана, а на страхование больничных — 34 млн рублей, или 0,5% плана. Эти показатели характеризуют использование добровольных страховых механизмов, а не весь сектор самостоятельной занятости.
Разница между наймом и самостоятельной работой не сводится к графику или текущему доходу. В штате социальные гарантии встроены в трудовые отношения; вне штата часть этой ответственности лежит на самом работнике.
Для компаний в логистике, ритейле, строительстве и услугах выбор между наймом и самостоятельной работой уже становится частью кадровой конкуренции. Данные пока не подтверждают вытеснение корпоративного найма, но число людей, для которых работа вне него стала единственным заработком, растет. Работодатели конкурируют не только за кандидата, но и с его возможностью вообще не входить в штат.
